Игумнов Константин Николаевич

Пианист, педагог
Директор Московской консерватории (1924–1929)

Лауреат Сталинской премии (1946)

Родился 19 апреля 1873 года в г. Лебедяни Тамбовской губернии.

Музыкой занимался с раннего детства. Переехав в Москву (1887), в течение года брал частные уроки у Н.С. Зверева. В 1888–1894 годах учился в Московской консерватории у А. И. Зилоти, затем у П. А. Пабста (фортепиано) и В. И. Сафонова (камерный ансамбль). Занимался теорией композиции у А. С. Аренского, М. М. Ипполитова-Иванова, С. И. Танеева. Окончил курс с золотой медалью. В 1892–1894 годах учился также на юридическом, затем историко-филологическом факультетах Московского университета.

Концертная деятельность

Получив в 1895 году почетный отзыв на Втором Международном конкурсе пианистов им. Антона Рубинштейна в Берлине, начал активно концертировать в стране и за рубежом. Гастролировал в Германии (1908, 1910, 1911). Выступал как солист, а также в ансамбле с И. В. Гржимали, А. Я. Могилевским, Б. О. Сибором, А. А. Брандуковым, А. Э. фон Гленом, Квартетом им. Бетховена. «Мой исполнительский путь сложен и извилист, – вспоминал Игумнов. – Я разделяю его на следующие периоды: 1895–1908 гг. – период академический; 1908–1917 гг. – период зарождения исканий под влиянием художников и писателей (Серов, Сомов, Брюсов и др.); 1917–1930 гг. – период переоценки всех ценностей; увлечение колоритом в ущерб рисунку, злоупотребление rubato; 1930–1940 гг. – постепенное формирование моих теперешних взглядов на проблемы пианизма. Однако вполне я осознал их и нашел себя лишь после Великой Отечественной войны» (Мильштейн Я. К. Н. Игумнов. 1975. С. 430).

Главной особенностью своей натуры считал эмоционально-романтическое отношение к музыке: «До известной степени она была создана созерцательным бытием и окружением – моей учительницей, лирически чувствительной и религиозной; братом, любившим стихи; отцом, который постоянно любовался звездами и любил цветы... Все это настраивало меня на чисто романтическое миросозерцание, вызывало романтические настроения...» (К.Н. Игумнов о творческом пути и исполнительском искусстве пианиста... // Вопросы фортепианного исполнительства. Вып. 3. М., 1973. С. 49).

Несравненными были умение пианиста «петь» на рояле, благородство и красота звука. Центральное место в репертуаре занимала музыка композиторов-романтиков – Р. Шумана, Ф. Шопена, Ф. Листа, А. Г. Рубинштейна, С. В. Рахманинова, П. И. Чайковского (трактовка Игумновым цикла «Времена года» и ряда других произведений была признана шедевром русского исполнительского искусства). Первый исполнитель Сонаты № 1 и Вариаций на тему Шопена С. В. Рахманинова, первый исполнитель его Концерта № 4, «Рапсодии на тему Паганини» для фортепиано с оркестром в России, Концерта № 1 для фортепиано с оркестром А. К. Глазунова, «Вариаций на тему Глинки» А. К. Лядова и других произведений.

Педагогическая деятельность

Выдающийся педагог, создатель крупнейшей пианистической школы. Педагогическую деятельность начал в Москве (1896). В 1888–1889 годах преподавал в Музыкальном училище при Тифлисском отделении ИРМО. С 1899 года до конца жизни вел класс специального фортепиано в Московской консерватории (в 1942–1943 работал в Ереванской консерватории). С 1918 года руководил фортепианным отделом, затем исполнительским факультетом. С 1935 года возглавлял одну из кафедр на фортепианном факультете. Воспитал свыше 500 музыкантов, среди которых: К. Аджемов, Ан. Александров, В. Аргамаков, Б. Берлин, О. Бошнякович, А. Готлиб, М. Готлиб, М. Гринберг, Б. Давидович, И. Добровейн, А. Дьяков, А. Иохелес, П. Любошиц, Я. Мильшейн, И. Михновский, Л. Оборин, Н. Орлов, Я. Флиер, Н. Штаркман. В работе с молодыми пианистами придавал большое значение осмысленности музыкальной речи, умению «горизонтально слышать музыку», воспринимать каждую деталь в связи с предшествующим и последующим (Мильштейн Я. К. Н. Игумнов. С. 318).

Настороженно относился к музыкально-аналитическому методу в работе над произведением: «Когда играешь, вовсе не обязательно знать все формальные особенности произведения, все эти АВС, “шпили”, точки золотого сечения и т.п. Это все средства вспомогательные. Надо прежде всего, и в этом главное, ощущать движение произведения в соответствии с его основным смыслом, как бы “переживать” произведение, познавать его внутреннюю жизнь, а не разлагать его на составные части и потом их слагать» (Мильштейн Я. К. Н. Игумнов. С. 345).

В отличие от многих музыкантов не мыслил разделение процесса работы на отдельные фазы или этапы: она шла по-разному в зависимости от исполняемой музыки. Все технические приемы должны были рождаться из поисков того или иного звукового образа (Мильштейн Я. К. Н. Игумнов. С. 278).