Фортепианный дуэт: Татьяна Колесова, Денис Чефанов
Абонемент № 16. «Два рояля»
В концерте принимают участие:
Андрей Габелков, Павел Бессонов (ударные)
Программа
Д. Мийо
«Скарамуш», сюита для двух фортепиано, соч. 165
Ф. Пуленк
Соната для двух фортепиано
И. Стравинский
«Весна Священная», версия для двух фортепиано
Б. Барток
Соната для двух фортепиано и ударных
Ближайшие концерты
Персоны
Пресс-релиз
17 декабря на сцену Малого зала консерватории выйдет известный фортепианный дуэт Татьяны Колесовой и Дениса Чефанова. Музыканты играют вместе почти 10 лет и за эти годы исполнили самый разнообразный репертуар. В предновогодней программе они объединили сочинения классиков XX века.
Балет Игоря Стравинского «Весна священная» вызвал большой общественный резонанс в 1913 году: ритуальность и шаманство, острые ритмы и необычные звуковые сочетания – все это ошеломило публику на премьере в Париже.
Идеи Стравинского подхватывает и развивает Бела Барток в своей Сонате для двух фортепиано и ударных, которая была создана по заказу базельской секции Общества новой музыки. Виртуозные партии роялей оттеняют двенадцать ударных инструментов, среди которых литавры, ксилофон, треугольник, тамтам и другие.
В основе сюиты «Скарамуш» Дариуса Мийо – музыка к спектаклям парижского театра «Скарамуш» (отсюда и название). Стихия танцевальности пронизывает крайние части, медленная средняя основана на незамысловатой песенной мелодии с хоральным припевом-отыгрышем. В последней части композитор использовал темпераментный латиноамериканский танец самбу, в которой отразилось увлечение Мийо латиноамериканским фольклором.
Соната Пуленка начинается с «колокольного звона». Как отмечают исследователи, «то сумрачный, то сверкающий этот образ возникает затем в каждой из частей, как бы прерывая развитие музыкального “действия”, обозначая все новые его повороты. В Сонате поражает удивительно органичное соединение цельности и фрагментарности, динамизма и статики, философской умиротворенности и романтического порыва, сочетание гармонической изысканности с аскетической простотой средств, блеска и монументальности с лирической камерностью инструментального звучания. Деление на амплуа первого и второго фортепиано здесь в значительной степени условно: инструменты выступают как два равноправных “собеседника”, ведущих диалог».